Процесс состоял в бурном росте партийного и государственного аппарата власти и в его возраставших претензиях на то, чтобы управлять страной. Он был вызван объективно теми преобразованиями в общественной структуре, которые проводил – не по прихоти, а по необходимости – сам Ленин, декретируя и осуществляя огосударствление и централизацию, создавая монополию одной – правящей – партии. Перед лицом этого процесса ленинская гвардия, состоявшая из людей уже немолодых, подорванных годами испытаний и нечеловечески напряженной работы, вдруг оказалась хрупким плотом на гребне вздымавшейся волны. Это была волна рвавшихся к власти и выгодным постам нахрапистых карьеристов и мещан, наскоро перекрасившихся в коммунистов. Их напористая масса жаждала, вопреки представлениям Ленина, стать слоем «управляющих».1
Каждого из них – и в отдельности, и дюжинами, и пачками – Ленин мог выгнать, арестовать, расстрелять. Но в целом они были неодолимы. Характер и глубина социальных перемен, бурный рост партии и государства, а к тому же огромные размеры страны делали невозможным для немногочисленной группы профессиональных революционеров занять все ответственные посты и держать все управление в собственных руках. Ни Маркс с Энгельсом, ни сам Ленин не предусмотрели такого хода событий.
Когда читаешь последние работы Ленина, помещенные в 45-м томе полного собрания его сочинений, явственно видишь, как находящийся на краю могилы вождь мечется перед этой неожиданной проблемой.
Порой он пытается выдать ее за наследие царизма, говоря об угрозе «российского аппарата,…заимствованного от царизма и только чуть-чуть помазанного советским миром». Но никакие отговорки не спасают от очевидного для Ленина грозящего «нашествия того истинно-русского человека, великорусского шовиниста, в сущности – подлеца и насильника, каким является типичный русский бюрократ». Масштабы этого нашествия пугают Ленина. «Нет сомнения,- пишет он,- что ничтожный процент советских и советизированных рабочих будет тонуть в этом море шовинистической великорусской швали, как муха в молоке»2. «Нужда в честных отчаянная»,- уныло констатирует Ленин3.
1. Выделение текста - мое.
2. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 45, с. 385.
3. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 50, с. 295.
Все тот же
(c)
Там, где раньше стояли три Конфигуратора, сейчас их было уже четыре.
— Ты приказал им воспроизвести еще одного? — спросил Арнольд. — Ничего страшного. Теперь надо только приказать, чтобы они сделали по бриллианту.
— Ты все еще ничего не понял? — грустно воскликнул Грегор. — Смотри!
Он нажал на кнопку ближайшего Конфигуратора и сказал:
— Бриллиант.
Конфигуратор затрясся.
— Это все ты и твой проклятый принцип наслаждения, — устало проговорил Грегор.
Машина вновь завибрировала и произвела на свет… еще один КОНФИГУРАТОР!!!
... в прошлом только будущее было
радужней, надёжней и светлей.
